«Последний лист» — краткое содержание

В Гринич-Виллидж, старом нью-йоркском квартале с путаными улочками, где селятся художники ради дешёвых мансард, живут две молодые художницы. Сью приехала из Мэна, Джонси — из Калифорнии; они познакомились случайно, нашли общий вкус в еде и одежде и сняли студию на верхнем этаже.

В ноябре по кварталу проходит пневмония — рассказчик называет её незваным гостем, который бродит по улицам, трогая людей ледяными пальцами.

Джонси заболевает. Она лежит неподвижно на железной кровати и смотрит в окно на глухую кирпичную стену соседнего дома.

Доктор говорит Сью прямо: шансов один из десяти, и этот один зависит от того, захочет ли больная жить. Медицина бессильна, если человек уже настроился на похороны. Он спрашивает, есть ли у девушки что-нибудь, ради чего стоит выздоравливать, — например, мужчина. Сью отвечает, что нет, только мечта когда-нибудь написать Неаполитанский залив.

Оставшись с подругой, Сью слышит, как та считает вслух: двенадцать, одиннадцать, десять, девять.

Джонси объясняет: она считает листья на старом плюще, который вьётся по кирпичной стене напротив. Три дня назад их было около сотни, теперь осталось несколько. Она решила, что, когда упадёт последний лист, она умрёт.

Сью пытается спорить, но подруга только просит поднять штору повыше, чтобы видеть.

Внизу, в подвале того же дома, живёт старый художник Берман — ему за шестьдесят, он пьёт джин, ворчит и сорок лет собирается написать свой шедевр, но так и не начал. Он зарабатывает, позируя молодым художникам, и считает себя защитником обеих девушек.

Сью спускается к нему и рассказывает о выдумке Джонси. Берман кричит, что это чепуха и глупости, что на свете нет таких дураков, которые умирают из-за листьев на дереве. Он идёт наверх, вместе с Сью смотрит в окно на плющ, и оба молчат: за окном холодный дождь пополам со снегом.

Ночью бушует буря: ветер и ливень колотят в стёкла.

Наутро Джонси требует поднять штору. Обе готовятся увидеть голую стену.

Но на плюще, на высоте двадцати футов от земли, висит один лист — последний. Тёмно-зелёный у стебля, с желтизной по краям, он держится на ветке.

Джонси смотрит на него долго. Проходит ещё одна ночь, снова с дождём и ветром, — и лист остаётся на месте.

Тогда девушка говорит, что была скверной девчонкой, просит бульона, немного портвейна и зеркало, а потом добавляет: когда-нибудь она всё-таки напишет Неаполитанский залив.

Доктор, зайдя днём, сообщает, что опасность миновала — нужен только уход. И упоминает, что внизу заболел ещё один: старик Берман, пневмония, случай безнадёжный, его увезли в больницу.

Через два дня Сью садится к подруге на кровать и рассказывает, что Берман умер в больнице от воспаления лёгких.

Его нашли утром в собственной комнате: башмаки и одежда насквозь промокли, рядом стоял фонарь, лестница, сдвинутая с места, разбросанные кисти и палитра с жёлтой и зелёной краской.

В ту бурную ночь он вышел под дождь и нарисовал на кирпичной стене лист плюща.

Сью заканчивает словами: вот он, его шедевр, — он написал его в ту ночь, когда упал последний лист.

• Джонси — молодая художница, заболевшая пневмонией и решившая умереть вместе с последним листом.
• Сью — её подруга и соседка, ухаживающая за ней и зарабатывающая рисунками для журналов.
• Берман — старый художник, сорок лет собиравшийся написать шедевр; создаёт его ценой собственной жизни.
• Доктор — врач, честно объясняющий, что вылечить можно только того, кто хочет жить.